— Да, — сказал Билл. Он бросил на незнакомцев значительный взгляд. — Это Бубба. Прошлое очень сильно расстраивает его.

Он подождал, пока эти двое кивнули с пониманием. Потом он посмотрел на меня. Его темно-карие глаза выглядели черными в резких тенях уличного фонаря. Его кожа бледно светилась, что говорило: «Вампир».

— Сьюки, что случилось?

Я изложила ему сокращенную версию сообщения г-на Каталиадеса. С тех пор, как Билл и я расстались из-за его предательства, мы пытались наладить какие-нибудь другие вменяемые отношения. Он показал себя как надежный друг, и я была благодарна за его присутствие.

— Это королева приказала убить Хэдли? — спросил Билл моего визитера.

Г-н Каталиадес изобразил хорошую имитацию шока.

— О, нет! — воскликнул он, — Ее Высочество никогда не стала бы причиной смерти кого-то, кто был ей так близок.

ОК, вот и еще один удар.

— Э-э-э…, о какой близости… насколько близка была королева с моей кузиной? — спросила я.

Я хотела быть уверена, что поняла все правильно.

Г-н Каталиадес одарил меня укоризненным взглядом.

— Она была близка с Хэдли, — сказал он.

Ладно, будем считать, что я получила ответ.

Каждая вампирская территория имела короля или королеву, наделенных соответствующей властью. Но у королевы Луизианы был особый статус, поскольку она находилась в Новом Орлеане, который был самым популярным городом в Соединенных Штатах с точки зрения нежити. С тех пор, как вампирский туризм стал приносить городу такой большой доход, даже человеческие власти Нового Орлеана прислушивались к потребностям и желаниям королевы. В неофициальном порядке, разумеется.

— Если Хэдли была такой большой любимицей королевы, кто был таким дураком, чтобы ее убить? — спросила я.

— Братство Солнца, — сказал Вальдо, и я подскочила.

Вампир до сих пор молчал, и я уже решила, что он никогда не заговорит. Его голос вампира был скрипучим и таким же своеобразным, как и его внешний вид. — Ты хорошо знаешь город?